Логотип журнала 9 месяцев
Войти через:

Получайте самое интересное: конкурсы, акции, новости
Конкурсы
Конкурсы
Форум
Форум


Мамы близнецов. Счастье в квадрате и в кубе
2 5

Рассказы о родах

Мамы близнецов. Счастье в квадрате и в кубе


Декабрь 1999 год. У меня задержка одна неделя. Боже мой, я не готова сейчас стать мамой. Мне всего лишь 19 лет. Я только что получила предложение стать заместителем генерального директора в недавно открывшейся компании, учусь в престижном вузе…

Так, главное — не нервничать, надо вспомнить, что делают в таких ситуациях. Первое — визит к врачу.

Приятная женщина-врач предлагает мне расслабиться и начинает изучать мои «внутренности» с помощью УЗИ. Секунды, кажущиеся часами…

— Ты не беременна….

Господи, какое счастье! — я начала тихо радоваться тому, что жизнь потечет дальше по привычному руслу, но тут мой радостный настрой был перебит.

— У тебя поликистоз яичников — отсюда и задержка. Мы должны узнать природу этих кист, а уж потом будем решать, что делать.

Боже мой, а мне-то казалось, что беременность — это самое страшное, что может случиться… Дальше было тяжелее. Диагноз — эндометриоидные кисты яичников. Необходима операция — лапароскопия, чтобы удалить кисты. Гарантии выздоровления никто не дает. Но самое страшное — возможное бесплодие.

И тут мир перевернулся, точнее, что-то перевернулось в моей голове. Как можно бояться беременности, это же так прекрасно, неужели для ребенка не найдется места, времени, любви? Прав был тот человек, который сказал: «Что имеем, не храним, потерявши — плачем».

Итак, назначен день операции. За неделю до этой даты прихожу на осмотр. Осмотрев меня, врач широко раскрывает глаза и, ничего не говоря, ведет меня на УЗИ.

— Очень интересно!

— ?!

— Поздравляю!

— Что случилось, кисты исчезли? — спешу узнать я.

— Нет, эндометриоидные включения еще остались, но если ты будешь следовать моим указаниям, то очень скоро станешь мамой!

— ?!

— Беременность 3-4 недели, ты должна быть очень аккуратной, чтобы сохранить ребенка.

Сказать, что я была рада, — не сказать ничего! То, чего я так боялась несколько месяцев назад, сейчас представлялось мне манной небесной. Я готова была на все, чтобы дать жизнь моему крохе.

Когда я пришла в женскую консультацию, чтобы встать на учет, меня спросили: «Вы будете сохранять ребенка?» Честно говоря, для меня это прозвучало как оскорбление — неужели можно избавиться от родного человека? Нет, этот вариант не для меня.

Росли мы хорошо, и в 10 недель беременности мне сказали, что у меня очень крупный ребенок, нужно сделать УЗИ, возможно, он там не один. Я не придала этому никакого значения, да и УЗИ показало, что плод один.

На 17-й неделе он зашевелился, что тоже вызвало у врачей удивление, так как при первой беременности это обычно происходит в 20 недель. В 21 неделю меня опять отправили на УЗИ.

Я очень хотела мальчика и была уверена в этом на 99%, но за день до УЗИ что-то упорно не давало мне покоя. Родные увещевали меня: мол, неважно, мальчик или девочка, — главное, что это ребенок.

УЗИ было назначено на 10-00, я приехала в 9-15, не спала ночью и судорожно ждала у двери кабинета.

Пока врач меня смотрела, я лежала тихо, ничего не спрашивая: она заранее предупредила, что сначала ей необходимо самой убедиться в благополучном течении беременности, а после мне все покажут.

— Что ж, начнем с первого…

— Как с первого? — не поняла я.

— Ну здесь же двойня, вы что, не знали?

Я не могу вспомнить, какие чувства меня тогда охватили — волнение, страх, счастье… Это был шок! Врач же спокойно начала рассказывать: «…ручки, ножки, вот бьются два сердечка, лица… Одним словом, все в норме. Да, кстати, пол детей — мужской, то есть два мальчика. Монохориальная диамниотическая двойня».

— Как это? — не поняла я.

— Однояйцевые близнецы, развиваются на одной плаценте, один чуть меньше, так как в этой ситуации питательные вещества не могут распределяться поровну. У них одни гены, они очень похожие. Такие близнецы всегда однополые. Но я не понимаю, почему вам об этом не сказали раньше.

Я шла обратно и не знала, что мне делать — плакать или смеяться. Но, с другой стороны, ведь два парня, а я так этого хотела, да и после такого диагноза… Господи, спасибо за все!

В женской консультации я была взята под строгий контроль, как, впрочем, и дома. Меня посадили на жесточайшую диету. Ужас! Когда я что-то ела, то объясняла это просто — мужчины любят кушать, а у меня их двое.

В итоге после долгих диет я пошла на очередное УЗИ, где мне сказали, что дети очень маленькие, и с 7-го месяца можно ожидать их появления. Пришлось ложиться на сохранение.

Несмотря на то, что я лежала в хорошей клинике, мне было там жутко неуютно, и я сбежала. Приехав домой, я была так голодна, что плюнула на диету и стала есть все, что хочется. И вот следующее УЗИ: «Какие у вас крупные дети! Вы молодец, мамочка!»

Начиная с 7-го месяца я ждала их появления. Мы с ними разговаривали. Они даже откликались на свои имена. Миша был крупнее, Андрюша — поменьше, но толкались оба одинаково. Мальчики любили, когда я гладила их пяточки. Мы были единым целым.

Родились они 23 ноября 2000 года, на 39-й неделе, т.е. в 9 месяцев. Миша весил 2, 930 кг при росте 49 см, а Андрюша — 2,670 кг при росте 48 см. Рожала я сама, в Центре планирования семьи и репродукции. Роды были тяжелыми, но это того стоило!

У Миши, старшего (на 5 минут), была анемия. Мне объяснили, что это так называемый «синдром близнецов», когда один выступает в роли вампирчика, каковым у нас оказался Андрюша.

23 мая им исполнилось полгода. Приходящие к нам врачи удивляются размерам и развитию моих мальчиков. Несмотря на очень схожие черты лица, они — двое самостоятельных людей, две личности, у них абсолютно разные характеры. Миша — весельчак, а Андрюша — более серьезный. Они оба очень добрые и спокойные.

Безусловно, в будущем мы столкнемся с разными проблемами, ведь это дети. Но жизнь состоит не только из проблем. Каждая улыбка моих малышей делает меня еще счастливее, а моя задача — воспитать детей настоящими мужчинами, испытывающими искренние чувства, и я буду делать все возможное, чтобы с этим справиться.
Начало уже положено.

Манэ Геворкян

Август 1998 года. Мы с мужем оба работаем. У меня тогда было свое кадровое агентство, специализировавшееся на подборе дизайнеров и архитекторов, и грандиозные планы. Начиналось там все с нуля. Никто не верил, что из этой «авантюры» что-нибудь выйдет. А все получилось, и весьма неплохо. Я очень гордилась своей фирмой и своим делом. Нашей дочке Жанночке было 6 лет — последний год перед школой. Классическая семья с одним ребенком — в меру эгоистичным, привыкшим, что все вокруг делается исключительно ради него.

Тогда, 24 августа, накануне моего дня рождения, на прием к гинекологу мы поехали все вместе — муж, Жанночка и я. В кабинете УЗИ врач огорошила меня новостью о беременности. Честно говоря, я была совершенно к этому не готова. Пока я переваривала эту информацию, врач вдруг произнесла:

— Ой, подождите, да у вас ведь здесь двойня.

И не успела я оправиться от потрясения, как услышала:

— Смотрите-ка, там же еще и третий есть!

Я бы упала, если бы было куда падать, но я лежала на кушетке. Срок беременности — 10-12 недель. Я даже сама увидела на экране аппарата УЗИ три плода. Пол тогда не определили. Потом уже по гормонам мне сказали, что, скорее всего, все девочки. 

Первый вопрос врача:

— Аборт делать будете?

Об аборте я в тот момент думать не могла: ведь я их уже видела — го-ловки, ножки, ручки…

Выхожу в коридор. Муж уже понял по моему долгому отсутствию, что я «залетела», и сидит с довольно несчастным лицом. Но он еще не знал, как я «залетела»!

— Поздравляю, дорогой, у нас будет тройня.

Он сначала даже не испугался — подумал, что это шутка. Но тут сбежались врачи, началась суматоха. На меня напал нервный смех. Состояние, прямо скажем, было шоковым. Ни у кого из родственников двоен-троен нет, все как снег на голову свалилось. Божьи дети такие.
На следующий день, 25 августа, на работе коллеги поздравляли меня с днем рождения. Я подождала, пока все соберутся за накрытым столом, и сообщила потрясающую новость. Последовала классическая «немая сцена». А тут еще Жанночка, которая тоже была при этом, очень рассудительно говорит: 

— Одного ребенка маме, одного папе, одного — мне.

И вот началась наша «одиссея». Нужно было найти хорошего врача — это ведь так важно! Мне очень повезло: в Клинике акушерства и гинекологии имени Сеченова мне попались очень хорошие врачи, они потом стали нашими друзьями. Вся моя беременность проходила под большим знаком вопроса, практически все это время надо мной нависала угроза выкидыша. Многие отговаривали рожать — в том числе и некоторые врачи. Мне говорили:

— Физиологически ты не предрасположена к тому, чтобы родить тройню. Лучше уж сейчас вызвать искусственные роды: потом будет тяжелее, если родятся мертвые дети или еще что-нибудь случится.

Несколько раз я и сама думала:

— В самом деле, зачем мне это надо? Что будет с Жанночкой? И куда я их принесу? — мы ведь жили тогда в одной комнате коммуналки.

Вот лежу я на сохранении, приходит мой муж и говорит:

— Что ты здесь сохраняешь? Сохранять нечего!

Берет меня за руку, и мы уходим домой.

На следующий день я еду на аборт. Еду и сама не знаю, как быть. Решиться на что-нибудь очень трудно. Вот если бы у нас была «группа поддержки» — бабушки, тетушки, дядюшки… А мы ведь, можно сказать, одни-одинешеньки в Москве. У меня мамы нет, только бабушка старенькая, на ее помощь рассчитывать не приходится. У Юры вообще родственники далеко. В этот момент исключительно важно, чтобы поддержали врачи. И мои лечащие врачи меня очень поддержали. К тому же еще так получилось, что прямо рядом с нашей клиникой был храм, и священник часто приходил к нам. Можно сказать, во время беременности он был со мной от начала до конца. Раньше я о Боге и не думала, но потом поняла, что в трудную минуту все мы надеемся только на Бога. Короче говоря, я доносила свою беременность.

Сначала предполагалось, что я буду сама рожать: у меня ведь это уже вторые роды. Потом выяснилось, что одна девочка лежит головкой вниз, а две другие — поперек. Если бы их было всего двое, можно было бы в процессе родов вторую развернуть. Но врачи боялись повредить при этом третью. Решили делать кесарево. Родились девочки с весьма приличным весом: 2,200, 2,100 и 
2,045 кг. Для тройни, как говорили врачи, очень неплохо. Но если брать каждую в отдельности, они, конечно, были ослаблены и немножко отставали от сверстников. Беременность у меня была 34 недели, то есть последние две недели я не доносила — отказали почки. 

Первый год мы болели каждый месяц, а то и по два раза в месяц. Первый год вообще было тяжко. У нас тогда была одна-единственная маленькая комнатка в трехкомнатной коммуналке. Позже мы выкупили вторую, потом — третью. Но весь первый год жили в коммунальной квартире с соседом-алкоголиком. Все три девочки родились с кривошеей — видимо, им тесно было у меня в животе. Приходилось делать массаж. Нам бесплатно дали только 15 дней, а нужно было 3 курса по 20 дней. Плюс массаж стоп: у всех была косолапость. Были бы мальчики, я бы махнула рукой, но все-таки девочки… Теперь-то у нас такие ровненькие ножки. И ночью они беспокойно, конечно, спали. Но человеческий организм ко всему привыкает. Я вставала за ночь 8-10 раз. Сейчас куда проще: поднимаюсь только раза 4-5, а бывает, и 2.

С ужасом вспоминаю ежедневные прогулки с коляской. Скажу без ложной скромности — это был подвиг. Коляска у нас была модульная — к одному шасси крепились три люльки-трансформера (т.е. из «лежачих» они легко превращались в «сидячие» и наоборот). Мы живем на третьем этаже. Лифта нет, потолки высокие. Сначала я спускала тяжеленные колеса, потом три люльки — одну за другой. На мое счастье, во дворе всегда сидят бабульки — они мне все это хозяйство караулили, потому что я очень боялась, что коляску украдут. Тогда я бы точно пропала! Потом спускалась Жанна, и я по одной выносила ей девочек. Вот так мы и гуляли. После прогулки — та же процедура при подъеме наверх. Иногда мне везло — кто-нибудь из соседей шел с работы и, конечно же, помогал мне. Ну а папа наш работает с утра до ночи — ему не легче, чем мне, пожалуй, даже тяжелее. Помаявшись таким образом некоторое время, я перестала так уж панически бояться воров и приспособилась пристегивать колеса в подъезде при входе. Надо сказать, испытала большое облегчение: колеса — это самое тяжелое. Но все равно каждый наш выход на улицу превращался в целую эпопею. У нас рядом с домом бульвар. Я выезжала на бульвар с этой коляской — и весь народ начинал глазеть! И немудрено: в лежачем положении коляска была размером с легковую машину! Минимум — «Ока», а может, даже «Жигуленок». Машины останавливаются, люди пальцем тычут… Первое время я жутко смущалась, хотелось просто какой-нибудь колпак накинуть на нас всех, чтобы не привлекать внимания. А потом ничего, привыкла. А вот папа у нас до сих пор не привык. Один раз мне ужасно захотелось покататься на каруселях — и Жанночку покатать, конечно. Я уговорила мужа. Водрузили три люльки на заднее сидение, колеса — в багажник, а мы с Жанночкой сели на переднее сидение — и поехали в ЦПКиО. Выгрузили мы там коляску, собрали ее, но ни о каких качелях-каруселях даже и речи быть не могло. Сбежался народ, обступили нас толпой, люди просят разрешения постоять рядом, сфотографироваться на нашем фоне… И тут наш папа не выдержал: 

— Вам что, цирк что ли, — рявкнул он. И мне: 

— Никакими калачами ты меня с детьми больше сюда не заманишь!

Короче говоря, мы снова разобрали коляску, развернулись и уехали, так и не успев покататься. Ну а в нашем районе мы уже примелькались, люди больше не смотрят на нас как на чудо природы. Прошлое лето было очень жарким, и мы каждые выходные выезжали на Истру на водохранилище. Жарили шашлыки, загорали, купались. Но вообще-то наш папа боится возить всю эту ораву на машине — уж слишком большая ответственность. Ну а я, когда малышам было 8 месяцев, пошла на курсы, научилась водить машину. Думаю, они вырастут, мне же нужно будет всех собирать и куда-нибудь возить.

Я очень хотела, чтобы все три девочки были одинакового роста. Близнецы ведь очень часто рождаются — один крупный, другой маленький, один у другого все забирает. Я хотела, чтобы всем все было поровну. Так и получилось. Всем все по-честному распределилось. 

Мы очень долго думали, как их назвать. Первую назвали Виктория, «победа», потому что это и впрямь была наша победа. Вторая стала Кристиной — в честь Сына Божия Иисуса Христа. В такой ситуации я просто не знала, на кого надеяться, и считаю, что Бог нам очень помог. Ну а Диана… Мы искали третье имя, которое подходило бы к Виктории и Кристине. Мне всегда нравилось это имя. Диана — богиня охоты, моя Дианка — точно охотница.

Вику мы отличали с первого дня, потому что она у меня в животе лежала головой вниз, и головка у нее была немножко деформирована. А вот Кристину с Дианой поначалу путали. Это было тем более неудобно, что каждой из них врачи назначили свое лечение. Я вела три журнала — розовый, голубой и желтый — и записывала туда, в какое время какое лекарство я дала. У каждой на ножке была «фенечка» — у одной розовая, у второй желтая, у третьей голубая. Сначала я их на ручки надевала, пока они не начали обрывать. Когда мы их купали, «фенечки» снимались. Вот однажды я искупала их — и не знаю, где Диана, где Кристина. А мне ведь нужно им на ночь лекарство давать, и я боюсь — вдруг дам не то лекарство. Чем больше я к ним присматриваюсь, тем больше они похожи. Я пришла в ужас. Звоню папе: 

— Я детей перепутала, а мне лекарство нужно давать!

Он мне говорит:

— Может, их взвесить?

Так я и сделала. По весу-то они немного разные были.

А вот сейчас мне кажется, они абсолютно разные. Младшая, Диана, самая шустренькая и шебутная. У нее и рожица такая — как пацаненок маленький. Она первая из трех начала ходить. Самая ловкая, лучше всех лазит. При этом она у меня самая спокойная, с ней проще всего договориться. Средняя, Кристина, — самая упрямая. Она с характером. Если игрушку взяла — ни за что не отдаст. Заправляет всем не старшая, а средняя. Ну а старшая, Виктория, — самая плаксивая. Она вся такая жеманная, всем рожицы строит. Одним словом, самая женственная. Между собой они с недавнего времени стали драться из-за игрушек. «Насмерть» дерутся, до слез, ни одна не уступает. Но зато если одна упадет, другие ей обязательно ручку подадут. Никто никогда не возьмет один кусок — обязательно на всех, да еще и Жанночке.

С 7 месяцев у нас нянечка. В сентябре ведь Жанночке нужно было идти в школу. А девчонки родились в марте. У меня, правда, была мечта опять открыть свое дело. Кадровое агентство мне до сих пор очень жалко. Но боюсь, что на сегодняшний день это невозможно. У меня ведь Жанна растет. Даже вторая нянечка — не выход. Девочке сейчас нужна мама.

Она всерьез занимается хореографией, ее нужно отдать на английский. Я ни в коем случае не хочу, чтобы она в чем-то отставала от других, от единственных детей в семье. У нее есть своя комната, свои игрушки — свой мир. При этом после рождения сестричек она стала гораздо лучше, чем раньше. Первые 7 месяцев у нас ведь не было нянечки. И вот, например, у одного ребенка физиотерапия, а у двоих других — нет. Я шла с одной на физиотерапию, а двух — на Жанну оставляла. Они в кроватке лежали. Она их из бутылочки кормила, переворачивала на животик, чтобы срыгнули. Она очень хорошо за ними смотрела. Жанночка сейчас как подружка мне. 

А малышей оформляем в садик, потому что им нужно в коллектив. Сначала часика на 2 будем водить, потом, может, и побольше. Они не должны замыкаться на себе. Я знаю, что близнецы часто друг без друга жить не могут. Мне многие говорили:

— Что за имена ты им такие дала? Нужно было назвать Стелла, Белла и Элла. 

Но я не думаю, что девочки должны стать идентичными копиями с одного оригинала — на потеху любопытным. Они будут жить в разных городах, у них будут разные специальности, каждая будет неповторимой — и очень симпатичной! — личностью.

Виктория Крылова

Это была первая беременность — и сразу проблемная: отрицательный резус плюс угроза выкидыша, прогнозы неутешительные. С 8-й недели говорили, что у меня двойня, причем «неравномерная», т.е. один ребенок развивается, а другой какой-то замерший. На 8-й неделе началось кровотечение, угроза выкидыша, тонус все время был повышенный. Врачи сомневались, что я выношу. А на 20-й неделе делали ультразвук и вдруг говорят: «А головы-то три…» И отправили на обследование в Центр на Опарина. Там подтвердили, что тройня. Врачи советовали тянуть беременность как можно дольше. В больнице я лежала недолго. Это был декабрь 90-ого. Не было ничего, даже лекарств. Я просто лежала, а просто лежать можно ведь и дома. И утром 31 декабря «под расписку» я ушла домой.

До беременности я работала и училась на вечернем отделении МИФИ. На все время беременности мне дали больничный лист, и я не работала. Дома лежала и училась. Даже не брала академку. Все экзамены сдала досрочно и на 
32-й неделе легла в роддом. Всю беременность меня готовили к кесареву. А тут вдруг говорят, что кесарево делать не будут. Что у меня прекрасные анализы, все замечательно и я прекрасно рожу сама. Роды мне вызвали: прокололи пузырь и стимулировали. Все прошло очень гладко. Интенсивной боли я не чувствовала. Вылечить зубы гораздо сложнее…

Девочки родились 2 июля 1991 года. Вес у них был: 2,100, 2,040 и 2,060 кг — для тройни, как мне сказали, даже крупные. И рост нормальный — 43 - 44 см. Первую назвали Маргаритой — в честь моей подруги. Вторую — Мариной, так врача звали, которая рожать помогала. А третьего имени для девочки у меня готового не было. Я долго думала. Хотела, чтобы имена были созвучными. И назвала — Марианной.

Из роддома девочек перевели в больницу для выхаживания недоношенных детишек на улице 8 Марта. Хоть больница и старая, но очень хорошая, и персонал там очень внимательный. Девочки пролежали там три недели. Все это время я ездила к ним, чтобы кормить, не высыпалась, очень уставала. Но присматривалась к работе медсестры. Она была одна на восемь крошечных, недоношенных детишек. Кто-то лежал в инкубаторе, кто-то в отдельном боксе. И она со всеми справлялась. Я решила для себя, что если медсестра может, то и я смогу. Надо сказать, мне это очень помогло. Например, при кормлении. Я увидела, что можно ребеночка положить на бочок, под бутылку тряпочку сложить, чтобы наклон был, — и ребенок сосет себе и сосет. И еще мне помог режим. В больнице все было по режиму. Я видела, что девочки развиваются, прибавляют в весе, что они привыкли. И когда спустя три недели я забрала их домой, этот режим мы продолжали соблюдать и дома. Муж работал, я с ними была одна и ходить в поликлинику не могла. Все специалисты, которым мы должны были показаться в месяц, приходили на дом. Массаж мы тоже прошли на дому. С этой точки зрения нам очень помогли. До года я с ними в поликлинику не ходила.

С прогулками, конечно, были проблемы. Большая коляска для двойняшек в лифт не входила. Да и лифт часто ломался. Так что «гуляли» мы на балконе. Сначала все помещались в одну большую коляску. Потом подросли, и знакомые отдали нам еще одну, обычную. В мае стало тепло, им было уже по 10 месяцев, и мы купили три советские прогулочные коляски. Две соединили вместе. Муж вез две, я — одну. Гуляли мы, конечно, не часто. В песочницах не сидели. А в год они пошли, и коляски остались в прошлом. На ручки никто из них не просился, у нас это было не принято. Потому что если я возьму одну, как же остальные? И к 2 годам они могли пройти достаточно большое расстояние. 

Вообще девочки спокойные были. Без пустышки росли. Сами засыпали, никто их не укачивал — некому было. Наверное, это потому, что когда у мамы один ребенок, всегда есть соблазн к нему подойти, как только он заплачет. Взять на руки, покачать. А потом родители удивляются, почему ребенок сам не засыпает, с ним сидеть надо по 2 часа. У нас сразу этого не было просто потому, что иначе мы бы не справились. Мама мне много помогала. Ездила с другого конца Москвы, чтобы я могла пойти на занятия в институт. Когда девочки подросли, она с ними на море отдыхать ездила… Да и сейчас забирает к себе детей иногда на праздники — погостить, покупает им что-то из одежды.

Сначала, помню, было безумно трудно. Спали по 4 часа. У малышек был маленький вес, кормить надо было мелкими порциями, но часто. Без мужа я бы не справилась. Я вечером сцеживалась, ночью он из бутылочек кормил. До 5 месяцев хватало моего молока, потом стали докармливать. В нашей районной поликлинике мне сказали, что близнецам положена медсестра, причем половину рабочего времени она должна быть занята исключительно ими. Такими «трудовыми ресурсами» поликлиника, естественно, не располагала, и нам предложили, на мой взгляд, весьма разумный вариант: моего мужа оформили «медбратом» на 0,5 ставки. 

Вообще-то нельзя сказать, что государство разоряется на помощи нам. После родов мне выплатили единовременное пособие, размер которого я, естественно, не помню (инфляция, деноминация, индексация… — цены и размеры выплат десятилетней давности вспомнить уже практически невозможно). Помню, что истратились эти деньги в мгновение ока и ощутимой поддержки нашему бюджету не составили. Сейчас мне на четверых детей (младшей три) ежемесячно выплачивают 680 руб. (эта сумма периодически индексируется, она складывается из обычного пособия — 70 рублей на ребенка — и «лужковской» надбавки, в Москве многодетным родителям доплачивают по 100 рублей в месяц на ребенка). Плюс около 700 руб. на каждую школьницу один раз в год — так называемая компенсация за школьную форму. В школе у детей бесплатные обеды и завтраки, за детский сад младшей дочки мы платим 50%. Проезд бесплатный только у девочек, у многодетных родителей никаких льгот на проезд в транспорте нет. Бесплатные лекарства — только для детей до 6 лет, старшим дочкам все покупаем за полную цену.

Различать дочек я начала достаточно рано. К 6 месяцам они были уже совершенно разными по характеру, по поведению. Рита — более целеустремленная, боевая. Порой, может быть, даже и агрессивная. Марина — спокойная, задумчивая. А Марьяна — такой солнечный зайчик. Любит танцевать, веселиться. Более непосредственная, эмоциональная. 

Мы не гонимся за тем, чтобы одевать их абсолютно одинаково — стараемся развивать в них индивидуальность. Вот недавно мы пошли на занятия, и они сами как-то оделись, я даже не вмешивалась. Получилось очень интересно. Рита надела строгий сарафан, строгую блузку. Марина — юбку в клеточку, романтическую кофточку с вышивкой на воротнике. А Марьяна оделась в красный, типа лыжного, спортивный костюм. Каждый выбрал свое.

Девочки у нас самостоятельные. Родились они в нелегкое время: был постоянный дефицит, вечная беготня за всем. Пришлось рано оставлять их одних — практически с грудного возраста. (Я, конечно, уходила, только если знала, что они спят, что у них все нормально.) Ну а позже они уже совершенно спокойно, с пониманием оставались одни. Конечно, с детьми надо много заниматься, их необходимо развивать. Но, по-моему, какое-то время ребенок должен уметь сам себя развлечь, это тоже важно.

Развивались девочки нормально. Единственная проблема, которая у них была, — речевая. До 3 лет они плохо разговаривали: знали, что их поймут. А между собой общались на близнецовом, «птичьем», языке. Сидят, играют, пересвистываются. С трех лет нам порекомендовали специальный развивающий сад. Туда пришлось довольно далеко ездить. Было тяжело, но год мы отъездили. А с четырех ходили в логопедический сад, он рядом. Короче говоря, речевые проблемы с успехом решили. 

Сейчас они учатся в обычной школе. Сами выбрали 4 кружка, но времени на все не хватает. Выходит, что регулярно посещаем только хор. Там у них получается, выступают. Конечно, в сводном хоре, не соло. Очень любят рукодельничать: вышивают, из бисера что-то мастерят, для Барби одежду шьют. В школе учителя просят одевать их в вещи разных цветов, чтобы было проще разобраться, кто есть кто. Друзья различают легче, особенно девочки. Моя «троица» — девчонки очень компанейские и самостоятельные. Учителям в школе помогают. Если нужно, могут приготовить еду: курицу пожарить, например, о сосисках я уж не говорю — это вообще не проблема. 

Я никогда не думала, что у меня будет много детей. У мамы я одна. У бабушки — двое детей. Когда девочки подросли, решила опять рожать. Очень хотелось мальчика. А получилась опять девочка. Ей сейчас, как я уже говорила, 3 года. Назвали Ольгой. Она совсем другая. Очень активная, шебутная. Буду ли еще рожать, пока говорить рано. Пройдет несколько лет — посмотрим.

Ольга Соловьева

Казенные стены женской консультации… Бесчисленное количество трещин на голубой стене — кажется, я сосчитала их все уже тысячу раз. А доктора все нет. Мне-то что, я только на работу опаздываю. А вот эти несчастные четыре женщины уже терпеть не могут. 

Я же, как назло, все время бегаю в туалет — ведь у беременных на УЗИ мочевой пузырь должен быть пуст. Вот завидуют мне эти несчастные!!! К тому же я первая…

Наконец появляется врач — запыхавшаяся молодая девушка. Бросает: «Входите!»

Закрываю за собой дверь и протягиваю бумажки. Она улыбается:

— О, завтра у тебя день рождения!

— Да, 25 лет. Сделайте мне, пожалуйста, подарок — посмотрите, кто у меня: мальчик или девочка. 

— Давай ложись, сейчас посмотрим.

Поскольку экран монитора мне не виден, я наблюдаю за выражением ее лица. Минуты две она улыбается, но когда улыбка слетает с ее лица, я прихожу в панику.

— Что-то не так? — спрашиваю я.

— Лежи, не двигайся.

Тут у меня внутри все сжалось. Она сосредоточенно смотрела на экран, а мне становилось все страшнее и страшнее. «Что-то не так, — думала я. — С моим малышом что-то не в порядке. Господи, пусть все будет хорошо, пусть все будет хорошо…» Но когда, бросив: «Лежи, не двигайся, я сейчас приду», — она вышла из комнаты, я разревелась. Пошла за «скорой» — вот все, что пришло мне в голову.

Минуты через три она вернулась с заведующей. 

— Ты чего, плачешь, что ли? — жутко удивившись, спросила она.

— Да нет, вам показалось, — смутилась я.

Заведующая села к монитору и принялась исследовать мой живот. Я даже дышать боялась.

— Ну конечно, два, — наконец заявила она.

У меня будто тонна камней с души свалилась — значит, дело было в том, что молодая врач не могла найти одну ножку, ручку, глазик или еще чего-нибудь, чего должно быть два!!! Слава Богу, все в порядке!!! Тревога ложная. 

— Вот ножки, вот спинка, вот ручки, — не унималась заведующая, — вот головка, а вот второй….

— Чего второй? — не поняла я.

— Поздравляем, мамочка, у вас двойня! 

Я онемела. «Послышалось, наверное», — наконец пришло мне в голову.

— Однояйцевые мальчики, — уточнила она, не дождавшись от меня ответа.

И тут я принялась хохотать. Смех был просто истерический — моя нервная система не выдержала такого «контрастного душа»: минуту назад я была готова ехать на «скорой», так как у меня что-то не в порядке, а тут…

— Если не перестанешь смеяться, мы тебе сейчас третьего найдем! — припугнула заведующая.

Когда я выходила из кабинета, женщин было уже не четыре, а шесть, и все они посмотрели на меня как на врага народа. В кабинете я пробыла в общей сложности минут сорок, чем удлинила их пытку. Однако, увидев мое ошарашенное, но сияющее лицо, они сменили гнев на милость и тоже заулыбались.

— А что все-таки у вас случилось? — поинтересовалась одна из них.

— У меня двойня…

— Ну-у-у, поздравляю… Сколько теперь вам предстоит… Но все равно это здорово. Поздравляю!


Да, конечно, узнав о своей беременности, я страшно обрадовалась и со всей серьезностью подошла к вопросам питания, физической и психологической подготовки. Я прочитала несколько книг, посмотрела несколько передач и замучила расспросами друзей, имеющих детей.

Но, выйдя из женской консультации с известием о близнецах, я поняла, что ничего не знаю не только о беременности двойней, но и о беременности вообще.

Надо было немедленно исправлять положение. Лучший способ это сделать — пойти на специальные курсы. Что я и сделала.


Сказать, что моя беременность протекала хорошо, — не сказать ничего. Это был самый счастливый период моей жизни. Я не только чувствовала себя здоровой, как никогда раньше, но и научилась совершенно искренне радоваться жизни в любых ее проявлениях. Мои малыши придали жизни совершено новые, очень яркие краски. Несмотря на то, что беременность не была запланирована, о детях я уже подумывала… И все равно не ожидала, что известие о скором пополнении семейства так преобразит мою жизнь… 

Токсикоза не было, зато улыбка категорически отказывалась сползать с моего лица — я даже чувствовала себя неловко — что ни скажут, а я все улыбаюсь. Представляю, как бы я заулыбалась в самом начале беременности, если бы узнала о том, что во мне растут 
два (!) мальчика… В 16 недель мы с мужем поехали в Италию, исколесили весь полуостров. Он таскал меня по всем музеям, выставкам и галереям, от чего я получала громадное удовольствие, хотя уставала прилично. Но на ангелочков Микеланджело насмотрелась… Они даже во сне мне снились. Опережая события, скажу сразу, что дети родились — копия ангелочки. Белокурые, голубоглазые… Это при кареглазых брюнетах-родителях! Вот почему беременной женщине раньше запрещали на уродства разные смотреть… А первое шевеление я почувствовала в музее Борджиа. Было это 15 сентября (17,5 недель). И с тех пор брыкались они очень активно. Мне это доставляло громадное удовольствие, а вот муж испугался — так сильно пихаются! Тебе не больно? 

Зато когда начались «путешествия» мне под ребра, стало не до смеха. Выход был один — лечь на пол с поднятыми за голову руками. Это была, пожалуй, единственная неприятность за всю беременность…

Интересно, что на протяжении всей беременности тот, что жил справа, был куда шустрее, чем тот, что слева. Шустрика муж назвал Максимом. «А второго называй сама». Я терялась. Примерно за неделю до родов имя пришло само: Ванюша. Родились мы в четверг, ясным солнечным утром. И по моим ощущениям, первым появился Максим (2,050 кг, 45 см), Ванюша — вслед за ним (2,850 кг, 50 см). Только я понять не могла, почему Максимка такой спокойный, а Ванечка — наоборот, активный как волчок… Через день педиатр-неонатолог разъяснила мои сомнения. Ваня — это не Ваня, а мой шустрик Макс, который всю беременность буянил у меня в животе… И что интересно, примерно спустя неделю они резко поменяли характер: вероятно, начало действовать имя — для себя я это так объяснила…

Радость, испытываемую при рождении детей, нельзя сравнить ни с чем. Это разговор с Богом без посредников. Чувство, вспоминая которое, я могу справиться с любыми трудностями.

Очень большое значение имело то, что мы с мужем были вместе. Особенно — первые дни после рождения наших сыновей. Это было настоящее единение. СЕМЬЯ. И мы были так счастливы! Какая там послеродовая депрессия? Это было великолепное время.

Проблема была одна — малыши отказывались брать грудь, и мне приходилось круглосуточно сцеживаться. Борьба за грудное вскармливание дала свои результаты — в 3 месяца Ванюша взял грудь. А Максик так и кушал сцеженное до 7,5 месяцев. Дальше пошел прикорм, сцеживаться пришлось меньше, жить стало проще. Результат: Макс — аллергик, Ванечка — нет. И чувствую Ванюшу я гораздо тоньше… 

Сейчас нам по 2 года. Разница в весе и росте пропала где-то в полтора года. Единственное различие — у Вани плечи чуть пошире, в остальном — идентичные фигуры. Шустрые, ловкие, активные — впору в гимнастику спортивную отдавать. Любому четырехлетнему фору дадут… Сказывается динамическая гимнастика, да и закаливание наше… Не болеем. Только вот одна неприятность — уж очень они любят голыми ходить. Месяц назад научились пуговицы расстегивать — и вообще в нудистов превратились. Кстати, о пуговицах: на днях наблюдала трогательную сценку: раздевшийся Ваня помогал Максиму расстегивать рубашку, т.к. у Макса это получается хуже. Забота друг о друге у них в крови — все-таки однояйцевые близнецы. И несмотря на различия во внешности, внутренняя связь, безусловно, присутствует. Я очень волновалась по поводу того, что почти до двух лет они по-русски совсем не говорили. Только друг с другом на своем собственном языке. И ведь все понимали! Ваня Максу что-то рассказывает, тот хохочет, потом отвечает… Я чувствовала себя лишней на этом празднике жизни. И боялась, что им настолько хватает общения друг с другом, что со взрослыми разговаривать совсем не захочется. Но заговорили… Хотя все равно иногда на свой язык сбиваются. Ваня говорит значительно лучше Максима. Зато Максим первым освоил горшок. И пошел Максим в 9 месяцев, а Ваня — в 11. Но Ваня гораздо лучше справляется с головоломками, знает все буквы, сам одевается и умеет подлизываться. Зато Макс чистит зубы и намного аккуратней ест. И так можно продолжать до бесконечности. Поэтому у нас в семье само собой родилось негласное правило — если один чему-то научился, значит, скоро сумеет и второй. Проблема отпадает. Я так обрадовалась, когда Ваня заговорил! Совсем не переживала, что Макс не спешит следовать его примеру. И была права. Поэтому когда у кого-то из сыновей получается что-то новое, мы празднуем это как общую победу, отдавая должное первопроходцу, но радуясь, что очередная вершина покорена обоими. И второй не заставляет себя ждать. 

Вкусы, правда, у них совершенно разные. Максюша, например, обожает свеклу, Ванечка ее видеть не может. Но вот макароны — любимая еда у обоих (это, наверное, последствие путешествия в Италию в середине беременности — там я их объелась).

Одеваем мы их по-разному, хотя мне очень нравится, когда они совсем похожи. Сказывается, видно, собственная детская мечта о сестре-близняшке. Мечта воплотилась в моих детях. Я так рада за них… 

А совсем похожи они бывают, только когда смеются или кокетничают. Потому что куксятся они точно по-разному. Я люблю их безмерно — смеющихся и капризничающих, ласкающихся и сердящихся. Окружающие приходят в восторг, видя их на улице. А я прихожу в восторг каждый вечер, возвращаясь с работы. Всякий раз, когда слышу их веселый визг, тщательно выговариваемое МА-МО-ЧКА, целую подставленные губки. В юности, размышляя о будущей семейной жизни, я была уверена, что у меня будет только один ребенок — ведь я была одна у своих родителей. А Господь сделал мне такой подарок… Осталось только сестричку им родить. Или двух…

Источник фото: Shutterstock


Рассказать друзьям

Нравится

Оцените статью:

2 комментариев


Загрузка...

Подписаться на отзывы RSS

Комментарии к статье

1—2 из 2

Я на третьем месяце и у меня трое:два однояйцевые и третий возможно другого пола.хОТЕЛОСЬ БЫ ДВУХ ПАЦАНОВ И ДЕВОЧКУ ДЕДУШКЕ ДЛЯ ОТДУШЕНЫ

8 января 2012

супер! у меня тоже двойняшки - девочки. прочла - как буд-то заново пережила всё! те же трудности, те же улыбки! близнецы это волшебство!!!

3 января 2011

Ваш комментарий:

* - обязательные поля.

Пожалуйста, введите буквы, изображенные на картинке.
Буквы чувствительны к регистру.


Сейчас читают

Интересное в сети

Загрузка...






Партнеры
www.konliga.biz www.2mm.ru mamaexpert.ru niani.com mamaexpert.ru samaya.ru
Contact our mail department if you are desperate to get blacklisted. www@9months.ru
1 пиксель белый