Обратите внимание, что ваши персональные данные обрабатываются на сайте 9months.ru в целях его функционирования. Если вы не согласны с этим, то вам надо покинуть сайт. Если вы продолжите пользоваться сайтом, это автоматически означает, что вы согласны на обработку ваших данных.

Логотип журнала 9 месяцев
Войти через:

Получайте самое интересное: конкурсы, акции, новости
Конкурсы
Конкурсы
Форум
Форум


Рассказы о родах
7 3.5

Рассказы о родах

Рассказы о родах

Как мы рожали

О том, как воспринимает свою беременность будущая мама, сказано и написано немало. А что ощущает в это время ее супруг, в жизни которого скоро тоже произойдут большие перемены? Как готовится мужчина к отцовству и как он понимает свою новую роль? Чем помогает жене и как строит с ней отношения? В этом году наша рубрика «Папина страничка» познакомит читателей с воспоминаниями будущих и молодых пап. Предлагаем всем мужчинам, в семье которых недавно родился малыш, поделиться своими эмоциями и практическими достижениями на страницах нашего журнала.


г. Москва

Накануне вечером между двенадцатью и часом ночи Соня сидела за компьютером. Ее одолевали сомнения. Дело в том, что ее близкая подруга Света, родившая пару месяцев назад дочку, решила рассказать ей, как проходили совместные роды с мужем, тем самым посеяв сомнения в неокрепшую душу впечатлительной беременной девушки. Вопросы, мучавшие Соньку, касались, в основном, физиологически-эстетических проблем. «А что, если у меня будет расстройство желудка?» «А если ты испугаешься вида крови?..» «Ты не будешь смотреть на меня... туда?»

 

К идее совместных родов мы пришли уже достаточно давно, но обсуждали эту проблему чисто теоретически. Практическую сторону дела мы как-то не замечали.

 

В ответ на Сонькины сомнения я мог сказать только одно: как бы там ни было, на родах я буду. Я не из брезгливых людей, тем более что роды — совершенно нормальный, естественный процесс. Так в чем дело? Если я могу быть рядом и помочь, значит, я буду. К тому же, честно говоря, хотелось приподнять завесу тайны над процессом беременности, поучаствовать хотя бы в финальной ее части.

 

«Подъем по тревоге»

Сонька писала сообщения на форум, мы мирно переругивались (ну, хорошо — спорили), ничто не предвещало перемен. Договорившись о том, что на следующий день я заранее пойду в кино и куплю билеты на «Питер FM», в час ночи мы улеглись спать. Потушили свет. Стали делить одеяло. И тут...

«Темка!!! По-моему, началось!» — завопила Соня. К моему собственному удивлению, я отреагировал на это достаточно спокойно: «Что,  воды?» — «ДА-А-А-А!!!» — «Ладно, иди в ванну, посмотри, действительно ли...» -«Хорошо!» И через минуту: «Тёмка!!! Да, это воды-ы-ы!!! А-А-А-А!!! Что делать, Тёмка???»

 

Я был готов к тому, что Сонька может запаниковать. Когда ее увозили на сохранение, было точно так же. Поэтому я просто сказал, что всё будет хорошо, и стал собираться. Первым делом мы позвонили акушеру Соньки. Он был явно усталым, не сразу сообразил, кто звонит. Мы разбудили его - ведь был час ночи. На вечный вопрос «что делать?» он ответил просто: «Выезжайте в роддом. Вас осмотрит дежурная бригада, потом позвоните мне».

 

У Соньки не оказалось под рукой толстых прокладок, а по ее ощущениям, вода продолжала из нее просто хлестать. Прокладку вскоре я отыскал, но и она, по мнению Соньки, не полностью помогала. Пакет с вещами был уже давно собран и стоял в машине. Все равно, конечно, началась суматоха — где то, где сё... Воды отошли приблизительно в 01:10, около 01:35 мы были в машине. По дороге купили воды для Соньки в двух маленьких бутылочках и что-то из еды для меня на тот случаи, если роды затянутся.

 

Приемный покой

Около двух мы приехали к роддому. Охранник спал мертвым сном, поэтому шлагбаум на въезде поднимал я сам. Хорошо, что замков никаких не было. Роддом построен по типовому для нашего района проекту, поэтому найти вход в приемное отделение было очень просто: все совпадало с роддомом, где Соня была на сохранении. (Тем не менее, на контракте, как потом выяснилось, была дополнительно нарисована схема роддома).

 

Из вещей мы сразу взяли с собой только тапочки, фотоаппарат, телефоны, воду и документы. Соньку забрали оформляться, взяв паспорт, полис и контракт. Я сидел и ждал развития событий. Жаль, что я не захватил ничего почитать.

 

Минут через двадцать Сонька появилась в дверях, отдала мне документы. И снова ушла. Ее осматривали... Вышла сестра, открыла гардероб (маленький шкаф в стене). Свою и Сонину верхнюю одежду и обувь я оставил там. После этого на меня надели одноразовый халат и шапочку. И велели ждать. Время тянулось жутко медленно... Вскоре появилась Сонька. Живот у нее потягивало, она волновалась все больше и больше. Новостью часа стало то, что врача нашего не будет. Он только что с дежурства, принял 18 родов. Принимать роды у Соньки должен был дежурный акушер. Но он Соньке понравился, так что все было в порядке. Наконец нас увели в предродовую палату.

 

Предродовая оказалась небольшой комнаткой. Там было чисто, но довольно убого: кровать роженицы, кушетка, стул, раковина — вот, собственно, и вся обстановка. На кровати уже лежало одеяло в пододеяльнике, подушка в наволочке и пара пеленок. Еще одну пеленку Соньке выдали на осмотре, она ее уже засунула между ног.

 

Рядом с палатой был туалет, но туда, как я понял, можно было ходить только персоналу и сопровождающим рожениц. Сами родящие должны были пользоваться пластиковым судном, довольно большим и с удобной ручкой. Судно стояло на маленьком возвышении у кровати.

 

Вскоре пришел врач. Он записал данные Соньки о болезнях и особенностях протекания беременности в анкету. А потом увел ее осматривать на кресле. Я ждал, изучая обстановку отделения. В соседней комнате было какое-то медоборудование, а прямо в коридоре стояли ряды каталок, на некоторых лежали родившие женщины.

 

Вскоре весь этаж огласился жуткими воплями, в которых я безошибочно узнал нотки голоса своей жены. Любые гинекологические осмотры всегда были для нее очень болезненными, а уж тут, во время наступающих родов, и подавно. Через некоторое время пришла сама Сонька. Ее можно было снимать для советского патриотического кино — так обычно выглядели пленные партизаны, которые не сдали «наших», несмотря на фашистские пытки. Лоб в испарине, сама чуть ли не пошатывалась. Сказала, что было все-таки очень больно.

 

Начались схватки. Сонька стала постанывать. Появилась акушерка, которая рассказала, как правильно дышать, и велела непременно дышать, а не кричать, потому что во время крика ребенку плохо: к нему не поступает кислород. Вдыхать надо носом, выдыхать ртом. Темп дыхания не важен. Акушерка обещала также, что боль родов потом непременно забудется, говорила, что так и у нее было. Так, кстати, и случилось.

 

Потом снова приходил наш дежурный акушер, сказал то же самое. Большой плюс контрактных родов, помимо хороших бытовых условий и мужа рядом, заключается также в том, что ни одна просьба Соньки подойти не была проигнорирована. Как только что-то менялось, я звал врача, он тут же приходил. Спокойный, уверенный, выдержанный, не раздражительный.

 

Схватки начались резко и очень интенсивно. Так что врач в это даже сначала не поверил. Сразу с промежутком в 5—7 минут. Увидев, что Соньке больно, врач первым делом велел поставить капельницу с ПАПАВЕРИНОМ. Это помогло, но мало. Открытие шейки изначально было минимальным: через час схваток — 2—3 сантиметра, потом — больше и больше.

 

Сонька лежала на правом боку — на спине ей было лежать совсем неудобно. Я сидел подле ее кровати на стуле. Одной рукой я поддерживал снизу ее руку с капельницей, другой — держал ее руку. Иногда руками Сонька упиралась мне в грудь, держалась за меня. Но чаще всего, особенно во время схваток, мы упирались рука в руку, иногда переплетая пальцы.

 

Собственно, задача мужа на этом этапе простая — успокаивать и уговаривать дышать правильно, тужиться вовремя, не волноваться и проч. Но мои надежды на то, что можно будет отвлечь Соньку посторонними разговорами, не оправдались.

 

Вскоре Соню стало тошнить. Конечно, она читала, что есть перед родами не стоит. Но роды начались неожиданно, а перед этим моя жена достаточно плотно поужинала. Теперь же организм стремительно избавлялся от всего лишнего.

 

Кроме того, во время схваток Соне мучительно хотелось сходить в туалет. Из палаты ее не выпускали, меня Сонька очень стеснялась, поэтому через каждые 5 минут я оказывался в коридоре. Увидев это, акушерка велела Соньке выбрать: либо муж внутри, либо пусть уходит. В коридоре лежали родившие женщины, поэтому логика в требовании была. Началась очередная схватка, и, увидев Сонину руку, судорожно вцепившуюся в мою, акушерка сказала, что с мужем, по ее мнению, Соне все-таки легче... Соня взяла с меня слово, что я буду отворачиваться. Я обещал — и выполнял...

 

Через какое-то время схватки усилились настолько, что Соню бросало то в краску, то в мертвенную бледноту, лицо покрылось крупными каплями пота, ее то начинал бить озноб, то становилось жарко... Единственное, что ее волновало, — когда сделают анестезию. «ХОЧУ ПОЛНУЮ АНЕСТЕЗИЮ!!!» — молила она доктора. «Не нужно, нет показаний, а противопоказания есть», — отвечал он. Прямо в палату прикатили аппарат кардиотокографии на тумбочке, чтобы слушать сердечный ритм ребенка. Круглый и довольно большой (сантиметров 14 в диаметре) датчик привязали на низ живота специальным ремешком. Датчик все равно иногда съезжал вниз, аппарат начинал истошно пищать, тогда кто-то из персонала приходил и поправлял его.

Наконец, когда ситуация более-менее стабилизировалась, Соньке прямо в катетер ввели легкое обезболивающее. Сильного эффекта не было. Тогда, через некоторое время, врач принял решение делать анестезию, но не эпидуральную, как хотела и предполагала Соня, а какими-то другими легкими наркотическими веществами (к сожалению, я не запомнил, какими именно). Соньке вкатили два шприца лекарств — в катетер и уколом в ягодицу. Было это где-то в районе 3:30 ночи. После этого боли стали ослабевать, а сама Сонька стала впадать в полусон-полузабытье между схватками. Врач сказал, что это даже хорошо. При этом руки наши все равно были соединены, я старался непременно сохранять хоть какой-то тактильный контакт — держа руку на ее голове, на плече, держа пальцы. Вторая рука у меня была все время занята Сонькиной рукой с катетером, ее нельзя было сгибать, а так как Соня лежала на краю кровати, нужна была поддержка. 

Следующие два часа мы провели в полудреме, прерываемой учащающимися схватками. Частота их несколько уменьшилась. Раз в 7—9 минут Сонька, словно резко возвращаясь из небытия, сжимала мою руку, я тоже просыпался, убеждал ее дышать, терпеть, не кричать... А потом — снова кусочек забытья... За окном медленно светало.

 

Решающий момент

Около половины шестого утра по утренней улице проехала поливальная машина. Я сказал об этом Соне. Но в этот момент она буквально потеряла дар речи — дыхание сперло, глаза округлились... Начинались потуги.

 

В очередной раз я позвал врача, подняв его с кушетки в коридоре. Соньке вкатили еще какой-то препарат в катетер, сказали: «Это для ребенка». Что — не спросил, не до того было. В потуги доктор тоже не сразу поверил, пока не посмотрел сам. Такая стремительность его явно удивляла.

 

Сначала на потугах самое главное — терпеть и не тужиться, а вместо этого — дышать. С каждым новым приступом Соне становилось это делать все сложнее и сложнее. К тому же, заканчивалось действие анестезии. Сонька хотела еще обезболивания, но врач запретил, сказав, что иначе можно остановить родовую деятельность. «Если рожаешь, больно будет обязательно. Без боли вообще не получится никак», — сказал он.

 

Увидев, что потуги учащаются и усиливаются, врач разрешил слегка потужиться. Но не сильно. И вскоре уже позвал акушерку. Акушерка учила Соню правильно держать ногу, в это время — тужиться, задержав дыхание, сделав перед этим полный вдох, а потом медленно, постепенно выдыхать.

 

Заглянул врач, посмотрел, сказал мне тихо, что примерно через полчаса жена родит. Кстати говоря, его приходы и осмотры были для Соньки особенно болезненны, так как во время осмотра надо было:

а)  лежать на спине;

б)  широко раздвинуть ноги;

в)  врач вводил руку внутрь влагалища ВО ВРЕМЯ СХВАТКИ!

За весь период врач посмотрел так Соню раза 4—5 (и это уже ПОСЛЕ процедур на кресле, которые были в самом начале).

 

Наконец врач позвал акушерку снова. Надо было тужиться, чтобы появилась головка. Инструкции стали прямо противоположными: «Тужься сильнее» вместо «Не тужься, только не тужься — дыши!». Соня потужилась, я вместе с акушеркой помогал ей удерживать ногу.

Увидев головку, Соню стали потихоньку переводить в родовую. Я нес капельницу. Главное для Сони было не сесть на попу («помни, у тебя там головка ребенка!»). Соньку положили в кресло и стали снова тужить. Теперь она уже упиралась руками в обе ноги в районе колен, а в промежутках держалась за поручни кресла. Тут уже я не мог помочь, мне оставалось только стоять у изголовья и ждать. Соня кричала мало и, как мне показалось, ощутимо тише, нежели на осмотре в кресле. Все происходило очень, очень быстро. При этом я себя чувствовал так, как будто вовсе не стоял у кресла рожающей жены, а смотрел на все это со стороны. Странное ощущение. Защитная реакция, что ли?..

 

Наконец остались последние два рывка. Я увидел, как, под жуткое рычание-кряхтение Соньки, закончившееся таким криком, что Соня сорвала себе связки, из нее показалась сначала половина, а потом и вся головка ребятенка. Акушерка помогла ему вывернуться наружу... Первый крик! И Я СТАЛ ПАПОЙ!!!!!!!!!

 

Встреча

Порыв, эмоциональная волна захлестнула меня всего на пару секунд, когда я увидел своего сынишку в руках у акушерки. Сразу после этого кинулся фотографировать. Ближайшие полчаса я снимал, как моего сына обтирают, чистят его от слизи, моют. Изначально мне показалось, что младенец фиолетоватый. Я даже спросил, останется ли он таким. На что педиатр укоризненно сказала: «Что вы! Он же розовенький!» Забегая вперед, скажу: и правда, розовенький.

 

Малыша положили на грудь Соньке... Она, как и дитя, по-моему, даже не очень точно понимала, что происходит, но все равно была жутко рада.

 

Сына унесли купаться, а Сонька продолжала рожать послед. И я ушел снимать дитятку... Кроме моего, в комнатке за родовой лежал еще один новорожденный и лупал глазками. Мне не только не мешали фотографировать, но и, наоборот, позволяли выбрать место, чтобы снять получше. Сделали все замеры.

Вес - 3200 г.

Рост — 49 см.

Никаких патологий не выявили.

Вскоре Соньку увезли зашивать: она порвалась, но не сильно, только внутри. А я остался с малышом один на один. Педиатр ушла заполнять карту, а я разговаривал со своим сынком. Обо всем — о жизни, о себе, о людях... Услышав мой голос, он быстро успокоился и, лежа под теплой лампой, только шевелил лапками, не открывая глазок. Пожалуй, это был один из лучших моментов в моей жизни.

 

Наконец я решил больше не мучить сына разговорами и  пошел  искать Соньку. Нашел в операционной, ей накладывали швы. «Уйди, уйди, уйди!!!» — завопила она. Я ушел... Роддом начинали убирать, поэтому меня загнали в предродовую, где была раньше Сонька.

Через какое-то время ее привезли туда же. Усталую, но довольную. Ослабшую. Несколько заторможенную. Но совершении счастливую...

 

Я сходил на первый этаж, забрал все нужные вещи из машины и принес ей (кстати, как потом выяснилось, естественно, мы что-то забыли). Когда ее перевозили в обычную палату, вещи тоже перевезли.

 

Через какое-то время Соньке показали ребеночка. И при ней он открыл глазки... Вечером в тот же день я вернулся в роддом после нескольких часов отсыпания и закупки вещей первой необходимости. Потребовалось немногое — от роддома (и производителей, надо полагать!) нам были подарены одноразовые подгузники трех видов, салфетки, пеленки тканевые и одноразовые, образцы каш, кремов. Я докупал только детское масло и мыло. Еще должен был купить крем, но забыл.

 

Вернувшись в роддом, я час просидел с Сонькой в палате. Палата была большущая, метров 20. Очень аккуратная, чистая. В палате двое, разделены ширмой. Есть телевизор, раковина, ведро для пеленок, стол, стулья, настольная лампа, тумбочки у каждой кровати. Холодильник на этаже.

 

Последним впечатлением этого дня стал взгляд моего сыночка. Он не открывал глаза при мне почти все время, только иногда подглядывал, словно в щелку, пока ему наконец не пришли надевать подгузник. Тут он проснулся, открыл опухшие веки и стал лупать глазами. МОИМИ глазами!

 

Источник фото: Shutterstock

Теги: рассказы о родах

Рассказать друзьям

Нравится

Оцените статью:

7 комментариев


Загрузка...

Подписаться на отзывы RSS

Комментарии к статье

1—7 из 7

Мужу на родах нечего делать, ну зачем ему смотреть как тебя рвет,как ты кряхтишь,кричишь,мочишься и некоторые иногда какаются...плюс еще рука врача во влагалище и другие родившие женщины,которым явно неприятно, что чужой мужик тусуется рядом.то,что он делал это кричал тужься/не тужься/держал за руку...ну прям "огромная" помощь, лучше б дома сидел, или вещи дитю купил

5 августа 2011

со мной муж тоже был рядом, очень поддерживал.И "ничего такого" он не видел, т.к. стоял позади меня, поддерживал за плечи.А впереди, как и полагается, были врач и акушерка, они-то за всем и смотрели.Так что разговоры о том, "что мужчине в родовой делать нечего" - глупость.

29 марта 2011

какие подробности вплоть до описания вещей...молодец конечно автор, но сложилось впечатлениt, что он чувствовал себя главным и руководящим процесса...А о жене,что она молодец, что он ей гордится ..ни слова..я бы так не хотел...

10 ноября 2010

и еще..мой малыш..мои глаза...почему не "наш"?

10 ноября 2010

Я бы тоже хотела, чтобы муж был рядом, но не на самих родах, а хотя бы во время схваток...Но у нас такое вообще не практикуют.Не роддом, а больше на тюрьму похоже - никаких посетителей,никаких прогулок и т.д.Мне бы было стыдно перед мужем в некоторых моментах родов.Хотя некоторым бы папашам не помешало бы посмотреть, как рождается новая жизнь, чтоб они хоть как-то стали ценить женщин...

15 августа 2010

Согласна, не для мужских это глаз... Но поддержка близкого человека очень даже немаловажна. Все же все мы разные, и мужской подход к родам тоже отличается, кто-то об этом даже думать не хочет, а кто-то ни за что жену одну не отпустит)) Автор статьи - замечательный муж!! Это просто подвиг пройти через все это... С уважением отношусь к таким людям!
Я скорее всего возьму мужа с собой, но не в родовую, нечего ему там делать))))

10 августа 2010

Впечатляющая статья. Честно говоря, ужас...Я бы ни за что не хотела, чтобы мой муж видел такое (как и куда врач засовывает рукуб как выходит ребенок, а о пластиковых суднах и говорить нечего, ужасное унижение)...

4 августа 2010

Ваш комментарий:

* - обязательные поля.

Пожалуйста, введите буквы, изображенные на картинке.
Буквы чувствительны к регистру.




Конкурсы

Фотоконкурс "9 месяцев счастья"
Марина
с журналом
с журналом
Анастасия Мельникова
В ожидание чуда
В ожидание чуда
Ольга
в ожидании счастья!
в ожидании счастья!
Анастасия
9 месяцев счастья
9 месяцев счастья
Светлана Крупнова
Лучшее время для девушки!
Лучшее время для девушки!
Рудякова Анна
Еще чуть чуть...И Алиса будет с нами!
Еще чуть чуть...И Алиса будет с нами!
олеся
Малыш
Малыш
Елена
Летнее настроение 3
Летнее настроение 3
Татьяна
В ожидании сыночка!
В ожидании сыночка!
Наталья Орлова
В ожидании чуда...
В ожидании чуда...
Все конкурсы

Сейчас читают

Интересное в сети

Загрузка...







Партнеры
www.konliga.biz www.2mm.ru mamaexpert.ru niani.com mamaexpert.ru samaya.ru
Contact our mail department if you are desperate to get blacklisted. www@9months.ru
1 пиксель белый